Гайдара называют «самым деликатным руководителем правительства», честным и порядочным. Друзья говорят о том, что он очень сильно переживал из-за того, что реформы не всегда шли так, как он их задумывал.
«Железный
Винни-Пух»
Егор Гайдар в советское время прошел непростой, но все-таки обычный путь талантливого номенклатурного деятеля из «элитной» семьи. Оба его деда – Аркадий Гайдар и Павел Бажов – были почитаемыми советской властью писателями, а отец – Тимур Гайдар – контр-адмиралом.
Егор Тимурович окончил университет с отличием, защитил кандидатскую диссертацию, работал в Государственной комиссии по возможностям хозяйственных реформ, потом был научным сотрудником, затем – редактором и заведующим отделом экономической политики в журнале «Коммунист», после чего аналогичную должность занимал в «Правде».
19 августа 1991 года, после начала путча ГКЧП, Гайдар объявил о своем выходе из КПСС и присоединился к защитникам Белого дома. В правительство Егора Тимуровича пригласили в 1991 году. Он исполнял обязанности премьер-министра страны с 15 июня по 15 декабря 1992 года. Также был депутатом Госдумы первого и третьего созывов.
Егор Гайдар не был амбициозен. Ради сохранения курса реформ осенью 1992 года он готов был уступить пост премьера и академику Юрию Рыжову, но тот отказался, и главе «АвтоВАЗа» Владимиру Каданникову, который не набрал на съезде достаточно голосов. Да и в правительство Виктора Черномырдина осенью 1993 года Гайдар пришел, хоть и ненадолго, вице-премьером.
В июне 1994 года реформатор стал председателем партии «Демократический выбор России» (лидером партии Егор Тимурович оставался до мая 2001 года). Коллеги по партии дали ему шутливую кличку – «Железный Винни-Пух» – за характерную внешность, несгибаемый характер и повышенную работоспособность. С 1990 года Гайдар возглавлял Институт экономики переходного периода.
Егор Тимурович был женат вторым браком на дочери писателя Аркадия Стругацкого – Марианне, с которой познакомился еще в школе. У Гайдара было трое сыновей и дочь.
|
В последней книге Егора Гайдара «Власть и собственность» рассказывается о том, как ведет себя общество в условиях, когда старые нормы разрушены, а новые еще не сформированы. Таким образом, Гайдар до конца жизни постоянно возвращался к тому, что случилось в начале 1990-х годов в России при его непосредственном участии.
– Почему американские экономисты пишут столь, в общем, наивные вещи о происходящем на постсоветском пространстве? – рассказывал Егор Гайдар в интервью Владимиру Познеру. – Они всю жизнь прожили в стабильных, как у нас говорят специалисты, институциализированных обществах. Они не могут себе представить общество, в котором на улице нет полицейского. Они не могут себе представить страну, у которой нет границ, нет таможни, нет денежной системы, у которой практически нет налоговых поступлений, у которой нет продовольствия, чтобы прожить до следующего года. Они говорят: «Ну как же так? Надо же было сначала создать институты, а потом уже делать то-то и то-то».
Это замечательно. Но дело в том, что институты старого режима, к сожалению, рушатся за дни. А чтобы создать новые институты, нужны годы и десятилетия.
В эти дни многие политики, экономисты, журналисты вспоминают о Егоре Гайдаре.
«Я брала у Егора Тимуровича интервью, когда он стал и.о. премьера, – написала в Интернет-блоге главный редактор сайта радио «Свобода» Людмила Телень, – и пока мы разговаривали, телефон в его кабинете звонил почти беспрерывно. Гайдар занимался всем – деньгами, хлебом, бензином… В те дни он почти не уходил с работы домой».
На вопрос – задевают ли его разговоры о том, что Гайдар и его команда разграбили Россию, – он отвечал так:
– Не задевают. Помните, как Шурик в «Кавказской пленнице» спрашивает: «А церковь тоже я разрушил?» К тому времени, как я возглавил правительство, я точно знал, что Россию разграбили до меня. Если бы тогда резервы Центробанка СССР, как сегодня резервы ЦБ России, составляли десятки миллиардов долларов, коммунисты никогда не отдали бы власть. Они ее отдали, потому что резервы составляли ноль. Они не знали, чем платить долги и как кормить людей. У меня есть глубокое убеждение: то, что мы делали, было правильно.
Уйдя из политики, Егор Гайдар не пошел в бизнес только потому, что (цитируем): «Не мог себе этого позволить. И даже если бы все свои деньги от занятия бизнесом я заработал честным трудом и заплатил с них все налоги, то все равно Гайдар-миллионер всегда был бы укором демократии».
Он как-то поделился, что со своими детьми не может обсуждать роль «антинародного правительства Гайдара-Чубайса», так как это травмирует их…
Прощание с Егором Гайдаром состоится 19 декабря.
|
